Золотые кресты на портретах Военной галереи. Часть II

in Искусство/Награды Российской империи 678 views

Первая часть статьи была посвящена краткому обзору основных имеющихся на данной момент источников и литературы по золотым офицерским крестам на Георгиевской ленте и разбору наградных колодок с изображёнными на портретах Военной галереи Зимнего дворца Очаковскими и Измаильскими крестами. Были упомянуты и знаки, ошибочно изображенные в виде крестов «За взятие Очакова». В этой части статьи будут рассмотрены наградные колодки на портретах Военной галереи с оставшимся третьим золотым крестом, учреждённым в XVIII веке, а также колодки с двумя и тремя золотыми знаками.

Упоминая ранее имя генерала Тадеуша Костюшко, теперь обратимся к событиям Польского восстания 1794 года, получившим название Восстания Костюшко, с которым неразрывно связано появление третьего золотого креста «За взятие Праги», пожалованного 1 января 1795 года Императрицей Екатериной II[1] за ожесточенный штурм Пражских укреплений Варшавы, проведенный 24 октября 1794 года генерал-аншефом графом Суворовым-Рымникским и принёсший Александру Васильевичу чин генерал-фельдмаршала[2]. Нельзя не отметить, что крест за Прагу стал вторым золотым знаком, учреждённым в честь победы, одержанной Суворовым.

Золотой крест «За взятие Праги». Рисунок № 896 d из шестой части «Исторического описания одежды и вооружения Российских войск, составленного по Высочайшему повелению». 1847 год

 

Знак представлял собой прямоугольный крест с каймой по краям из золота 95 пробы, размером 1 13/16 дюйма или 46 мм, с незначительно закруглёнными углами лучей[3]. Надписи по центу овального медальона, также обозначенному выпуклой каймой, на аверсе и реверсе соответственно:

Далее следует список генералов, на чьих портретах в Военной галерее были изображены золотые кресты на Георгиевской ленте «За взятие Праги»: 1. Витгенштейн Петр Христианович, граф, генерал от кавалерии; 2. Гампер Ермолай Ермолаевич, генерал-майор; 3. Греков Тимофей Дмитриевич, генерал-майор; 4. Дука Илья Михайлович, барон, генерал-лейтенант; 5. Засс Андрей Андреевич, генерал-майор; 6. Керн Ермолай Федорович, генерал-майор; 7. Неверовский Дмитрий Петрович, генерал-лейтенант; 8. Уманец Андрей Семенович, генерал-майор; 9. Шепелев Дмитрий Дмитриевич, генерал-лейтенант. В феврале-мае 1796 года на Санкт-Петербургском Монетном дворе было изготовлено 205 крестов[4].

Фрагменты портретов генералов с золотыми крестами на Георгиевской ленте «За взятие Праги» на наградных колодках

 

Колодки на фрагментах № 1 – П. Х. Витгенштейн и 8 – А. С. Уманец состоят из трёх наград, размещенных в порядке старшинства: золотого креста «За взятие Праги» на Георгиевской ленте и серебряной и бронзовой медалей «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах. Е. С. Молло в своей статье «О ношении знаков отличия в царствование императора Александра I», опубликованной в № 108 журнала Военная быль (Le passé militaire) ошибочно атрибутирует последнюю медаль на колодке Витгенштейна как «За взятие Парижа»[5].

Правильный порядок расположения наград соблюдается и на фрагментах № 2 – Е. Е. Гампер и 6 – Е. Ф. Керн, соответственно: орден Святого Георгия IV степени, золотой крест «За взятие Праги» на Георгиевской ленте, серебряная и бронзовая медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах на колодке генерала Гампера; орден Святого Георгия IV степени, золотой крест «За взятие Праги» на Георгиевской ленте, серебряная медаль «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте и шведский орден Меча на колодке генерала Керна.

Иная последовательность на фрагментах № 5 – А. А. Засс и 7 – Д. П. Неверовский: орден Святого Георгия IV степени, серебряная медаль «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте и золотой крест «За взятие Праги» на Георгиевской ленте.

А. А. Подмазо называет крест на портрете Засса ошибочно изображенным Измаильским[6], хотя прямой угол между соседними лучами знака не вызывает сомнений в том, что этот крест Пражский. Кроме того, форма центрального медальона креста почти округлая, против характерной овальной у Измаильского, что более близко к форме креста за Прагу.

Расположение золотого креста «За взятие Праги» после ордена Святого Иоанна Иерусалимского и серебряной медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте можно наблюдать на фрагменте № 4 – И. М. Дука. На фрагменте же № 9 – Д. Д. Шепелев Мальтийский орден размещен после золотого креста «За взятие Праги» на Георгиевской ленте и серебряной и бронзовой медалей «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах, (об ордене Святого Иоанна Иерусалимского будет подготовлен отдельный материал).

Наконец, на фрагменте № 3 – Т.  Д. Греков последовательность наград в значительной мере абсурдна: орден Святого Георгия IV степени, серебряная медаль «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте, некорректно изображенные, частично перепутанные баварский военный орден Максимилиана Иосифа и шведский орден Меча, вслед за которыми – золотой крест «За взятие Праги» на Георгиевской ленте. Одно из логических объяснений такому старшинству расположения: кавалер считал иностранные ордена старше отечественного знака отличия.

Крайне разнообразная, порой нелепая, прорисовка Пражских крестов на представленных фрагментах оставляет желать лучшего и требует разобрать форму некоторых знаков более подробно. На фрагментах же № 1 – П. Х. Витгенштейн, 2 – Е. Е. Гампер, 6 – Е. Ф. Керн и 7 – Д. П. Неверовский даже не обозначена кайма по краям крестов.

Отметим, что среди девяти крестов, только на знаке на фрагменте № – 8 А. С. Уманец виднеется некоторое подобие неидентифицируемой надписи на центральном медальоне, этот знак можно было бы назвать образцовым, но непропорциональные размеры горизонтальных лучей заставляют обратить внимание на крест на фрагменте № 9 – Д. Д. Шепелев, наиболее приближающийся к эталону, за исключением нескошенных углов лучей.

По форме Пражские кресты можно разделить на три категории: правильной прямоугольной формы без скругленных углов (фрагменты № 6 – Е. Ф. Керн, 8 – А. С. Уманец, 9 – Д. Д. Шепелев); прямоугольной формы, но со скругленными углами лучей (фрагменты № 1 – П. Х. Витгенштейн, 2 – Е. Е. Гампер, 5 – А. А. Засс); не вполне правильной формы, с некоторыми ошибками при изображении (фрагменты № 3 – Т.  Д. Греков, 4 – И. М. Дука, 7 – Д. П. Неверовский). Упомянем, что знак на портрете генерала Грекова несколько напоминает Очаковский крест, а знак на портрете генерала Дуки напоминает Измаильский. Форму же знака на портрете генерала Неверовского крайне трудно определить, крест, по внешнему виду отдаленно напоминает Ополченческий.

Сравнивая относительный размер золотых знаков и прочих наград, изображенных на фрагментах № 1 – П. Х. Витгенштейн, 4 – И. М. Дука, 6 – Е. Ф. Керн, можно сделать вывод: данные кресты «За взятие Праги», скорее всего, уменьшенного размера.

Способы крепления крестов к лентам совпадают с рассмотренными ранее Измаильскими и Очаковскими знаками, то есть делятся на два типа: с оборачиванием ленты вокруг луча креста (фрагменты № 1 – П. Х. Витгенштейн, 2 – Е. Е. Гампер, 3 – Т.  Д. Греков, 5 – А. А. Засс, 7 – Д. П. Неверовский, 8 – А. С. Уманец, 9 – Д. Д. Шепелев) и без такового (фрагменты № 4 – И. М. Дука и 6 – Е. Ф. Керн), при этом на двух последних фрагментах целиком видны не только сами кресты, но и их перпендикулярно расположенные ушки.

Высота орденских лент на колодках не превышает (фрагменты № 6 – Е. Ф. Керн, 7 – Д. П. Неверовский, 9 – Д. Д. Шепелев) или незначительно превышает высоту золотых Пражских крестов (фрагменты № 1 – П. Х. Витгенштейн, 2 – Е. Е. Гампер, 3 – Т.  Д. Греков, 4 – И. М. Дука, 5 – А. А. Засс, 8 – А. С. Уманец). Все колодки выполнены в произвольном стиле, имеют незначительный положительный наклон.

По своему расположению на мундирах, колодки можно разделить на три типа: между мундирным бортом, на уровне или несколько ниже первой пуговицы и Владимирской орденской звездой (фрагменты № 4 – И. М. Дука, № 8 – А. С. Уманец, 9 – Д. Д. Шепелев); ниже первой мундирной пуговицы, максимально близко к мундирному борту (фрагменты № 2 – Е. Е. Гампер, 5 – А. А. Засс 7 – Д. П. Неверовский); на небольшом расстоянии от воротника, между под углом, между мундирным бортом и эполетом (фрагменты № 3 – Т.  Д. Греков и 6 – Е. Ф. Керн). К первому типу можно отнести фрагмент № 1 – П. Х. Витгенштейн, с оговоркой, что колодка расположена между бортом и Андреевской звездой, а золотой крест выпущен поверх голубой Андреевской плечевой муаровой ленты.

В предыдущей части статьи были разобраны семь золотых крестов, по внешнему виду напоминающие Очаковские, изображенные ошибочно вместо Пражских и Измаильского знаков. Но кроме уже упомянутых портретов, есть еще три, на которых внешний вид золотых знаков вызывает некоторые вопросы. Было принято решение вынести следующие фрагменты портретов в отдельную группу. Далее следует список генералов, на чьих портретах золотые кресты на Георгиевской ленте требуют отдельного обсуждения: 1. Дорохов Иван Семенович, Генерал-лейтенант; 2. Збиевский Тимофей Иванович, Генерал-майор; 3. Линдфорс, Федор Андреевич, генерал-майор.

Фрагменты портретов генералов с некорректно и ошибочно изображенными золотыми крестами на Георгиевской ленте «За взятие Праги» на наградных колодках: 1. Дорохова Ивана Семеновича, генерал-лейтенанта; 2. Збиевского Тимофея Ивановича, генерал-майора; 3. Линдфорса, Федора Андреевича, генерал-майора. Мастерская Джорджа Доу. 1820-1832 гг. Военная галерея Зимнего Дворца, Государственный Эрмитаж

Фрагмент портрета генерала Дорохова в своем издании уже приводил А. А. Подмазо, указывая, что Пражский крест изображен на нем выпущенным по борту, а не в петлице[7]. Безусловно, это первое, что бросается в глаза. Но пристальное рассматривание внешнего вида самого креста позволяет обнаружить, что его форма крайне далека от правильной прямоугольной, а лучи имеют явное расширение, идущее от центрального медальона. Кроме того, на всех золотых крестах, учрежденных в царствование Императрицы Екатерины Великой, центральный медальон сформирован лишь выпуклой каймой, таким образом, что начала соседних лучей соприкасается друг с другом. Крест же генерала Дорохова представляет собой вполне классический тип, более напоминающий по форме крест за Прейсиш-Эйлау. От полного сходства знак Дорохова отделяют скошенные (закруглённые) уголки на конце лучей.

В данном случае говорить о каком-либо подобии колодки не приходится, так как серебряная медаль «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте и Пражский крест удалены друг от друга на значительное расстояние.

Попробуем разобрать, что могло вызвать столь грубую ошибку, особенно учитывая, что крест изображен необычайно большим, превосходящим по размеру крест ордена Святого Владимира II степени (!) и приблизительно равный кресту ордена Святого Георгия III класса.

На портрете неизвестного художника, 10-х годов XIX века, находящегося в собрании Государственного Исторического Музея, с которого, по мнению А. А. Подмазо, и был написан портрет для Военной галереи[8] (нет оснований не доверять этому утверждению) крест «За взятие Праги» также не находится на колодке, а закреплен на лядуночной перевязи под крестом ордена (вероятно Красного Орла). При этом знак имеет аналогичную неправильную форму, которая и стала основой для портрета кисти Доу. Ответить на вопрос, почему художник поменял местами орденские кресты – затруднительно.

Переходя же к описанию крестов на фрагментах № 2 – Т. И. Збиевский и 3 – Ф. А. Линдфорс в первую очередь сосредоточим взгляд на прямой угол между лучами золотых крестов, который соответствует именно Пражским офицерским знакам, хотя, на самом деле, генерал Збиевский награжден знаком за Измаил[9] (об этой ошибке упоминает А. А. Подмазо[10]), а генерал Линдфорс знаком за Очаков[11].

На колодке на фрагменте № 2 – Т. И. Збиевский изображены серебреная и бронзовая медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах и золотой Измаильский крест в виде Пражского на Георгиевской ленте. На колодке на фрагменте № 3 – Ф. А. Линдфорс – орден Святого Георгия IV степени, золотой Очаковский крест в виде Пражского на Георгиевской ленте и серебреная медаль «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте.

Обе колодки выполнены в вольном стиле, офицерские золотые знаки в большей части видны, так как ленты обернуты вокруг ушек крестов. Высота орденских лент на колодке на фрагменте № 2 – Т. И. Збиевский больше, а на фрагменте № 3 – Ф. А. Линдфорс – меньше, чем высота крестов.

Описывать более подробно данные колодки нет смысла, так как некорректно изображенные знаки не дают основания делать какие-то иные выводы, кроме того, что на фрагменте № 2 – Т. И. Збиевский знак, вероятно, неоригинального размера.

Также в Военной галерее находятся три портрета генералов, на наградных колодках которых изображено больше одного золотого креста на Георгиевской ленте. Приведем их список: 1. Сандерс Федор Иванович, генерал-майор; 2. Гангеблов Семен Георгиевич, генерал-майор; 3. Чернозубов Илья Федорович, генерал-майор. Стоит уделить им особое внимание, так как подобное сочетание наград на портретах российских военных встречается крайне редко.

Фрагменты портретов генералов с двумя и тремя золотыми крестами на Георгиевской ленте: 1. Сандерса Федора Ивановича, генерал-майора; 2. Гангеблова Семена Георгиевича, генерал-майора; 3. Чернозубова Ильи Федоровича, генерал-майора. Мастерская Джорджа Доу. 1823-1826 гг. Военная галерея Зимнего Дворца, Государственный Эрмитаж

Колодку на фрагменте № 1 – Ф. И. Сандерс можно назвать действительно уникальной.  За орденом Святого Георгия IV степени и медалью «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте расположены подряд три! золотых креста: «За взятие Очакова», «За взятие Измаила» и «За взятие Праги». Очень важно отметить, что на портрете соблюдено последовательное расположение наград: от самого старшего по дате учреждения – «За взятие Очакова» (1789 год) до самого младшего – «За взятие Праги» (1795 год). Любопытно, что серединный Измаильский крест обозначен поверх двух соседних.

Кроме того, именно на фрагменте портрета генерала Сандерса можно детально проследить разницу в изображении крестов «За взятие Измаила» и «За взятие Праги». Если Очаковский крест имеет характерное сужение от середины луча к центральному медальону, а Измаильский – отчетливые закругления лучей и их расширение по направлению к центральному медальону (один из вертикальных лучей прорисован крайне небрежно с заметным дефектом по контуру, а знак целиком абсолютно не симметричен), то лучи Пражского креста представляют собой более прямоугольную форму, без каких-либо значительных закруглений и скосов на концах. Возможно, столь строгие геометрические формы последнего креста были прорисованы намеренно, чтобы обозначить различие с предыдущем. Но нельзя исключать вероятность того, что крест мог быть изготовлен и частным образом из недрагоценного металла с позолотой с некоторыми незначительными изменениями, как, скорее всего, был изготовлен офицерский знак за Измаил, ушко которого имеет перпендикулярное крепление. Способ крепления двух последних крестов установить затруднительно ввиду не вполне корректного их изображения.

Однако известен еще один портрет с тремя золотыми знаками – генерал-майора Александра Илларионовича Головина, который находится в собрании Курской государственной картинной галереи имени А. А. Дейнеки. Кресты и орден Святого Георгия IV степени расположены на мундире портретируемого внахлест в виде ромба, вершиной которого является Георгиевский орденский крест. Подобное расположение наград «внахлест» одна поверх другой, а не вряд, встречается в первых годах XIX века, к примеру, на портрете генерал-майора Леонтия Ивановича Депрерадовича кисти И. Ромбауэра[12]: орден Святого Георгия IV степени прикреплен поверх золотых крестов «За взятие Очакова» и «За взятие Праги».

 

На фрагменте № 2 (С. Г. Гангеблов) изображена колодка, состоящая из ордена Святого Георгия IV степени, медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте и золотых крестов «За взятие Очакова» и «За взятие Праги».

На фрагменте № 3 (И. Ф. Чернозубов) изображена колодка, состоящая из ордена Святого Владимира IV степени с бантом, золотых крестов «За взятие Очакова», «За взятие Измаила» и медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте. В обоих случаях последовательное расположение золотых крестов также соблюдено.

Все три колодки выполнены в произвольном стиле, высота орденских лент не превышает или незначительно превышает высоту золотых крестов на Георгиевской ленте.

Расположение колодок незначительно отличается: на фрагменте №1 – Ф. И. Сандерс лента ордена Святого Георгия IV степени расположена между первой и второй мундирной пуговицей, а Георгиевский орденский крест находится наравне со второй пуговицей, при этом шейный крест ордена Святого Владимира частично перекрывает верхнюю часть ленты. Благодаря тому, что колодка состоит из пяти наград, а сами по себе кресты достаточно большого размера, луч Пражского креста лишь ненамного отступает от бахромы левого эполета. Орденская лента Святого Георгия IV степени на фрагменте № 2 – С. Г. Гангеблов расположена на месте второй мундирной пуговицы (минимально выглядывает ее край), а сама колодка находится между второй и третьей пуговицами мундирного борта. Мундир на портрете Чернозубова (фрагмент № 3) казачьего покроя, то есть не имеет пуговиц на борте и застегивается на крючки, поэтому абсолютно точно установить положение наградной колодки генерала, привязав ее к ряду пуговиц невозможно, но, стоит заметить, что колодка находится выше лядуночной перевязи. Все три колодки имеют разные углы наклона в направлении сверху от корешка левого эполета, вниз к борту мундира.

В данной части работы были рассмотрены всего полтора десятка наградных колодок с золотыми крестами на Георгиевских лентах, однако невозможно переоценить их историческое значение.

Несмотря на то, что как можно было убедиться, различные расхождения между реальным внешним видом золотых офицерских крестов на Георгиевских лентах и изображенным на портретах далеко не редкость, с сожалением приходится констатировать, что один из самых интересных и редких примеров живописных памятников портретной фалеристики – наградная колодка генерал-майора Федора Ивановича Сандерса была прорисована без достаточной доли усердия и внимания к столь важным деталям, как внешний вид золотых крестов.

Завершая повествование об офицерских знаках XVIII века, немного отвлечемся от темы и вспомним о введении Андреем Владимировичем Пустоваровым в современную фалеристику терминов «Дунайский» и «Южный бант». По аналогии, было бы логично предложить применять для награжденных тремя золотыми офицерскими крестами «За взятие Очакова», «За взятие Измаила» и «За взятие Праги» термин «Екатерининский бант», а для любых двух из ранее перечисленных и креста «За взятие Базарджика» – «Штурмовой бант». Учитывая, насколько редко встречаются подобные сочетания, данные термины применимы лишь в отношении наград всего на нескольких портретах.

Но основной заслугой Андрея Владимировича стоит назвать не введение самих терминов, а формирование принципа составления «банта». Итак, в качестве основных критерий отбора наград для формирования условного «банта» из отечественных наград можно выделить:

  1. Количество наград – три и более;
  2. Одинаковый статус наград (только медали или только знаки отличия);
  3. Взаимосвязанность наград (одной войной или серией войн / военных конфликтов и тому подобное);
  4. Относительно небольшой временной промежуток между учреждениями наград;
  5. Географическая, биографическая или иная привязка к определенным местностям, личностям или событиям;
  6. Физическая возможность иметь одному человеку все перечисленные награды.

Сочетание медалей: золотой «Земскому войску» на Георгиевской или Владимирской ленте, а также серебряной и бронзовой «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах предлагается называть «Дворянский бант», так как подобный набор мог возникнуть только после 1814 года, у старшего в роду дворянина, в период Наполеоновских войн служившего в ополчении в 1807 году и, соответственно, принимавшего непосредственное участие в Отечественной войне 1812 года. Две колодки, изображенные на портретах Военной галереи, среди наград которых имеются все три медали, будут разобраны в одной из следующих статей.

А медали «За покорение Кокандского ханства», «В память Русско-турецкой войны» и «За взятие штурмом Геок-Тепе» можно именовать «Скобелевским бантом», так как генерал Михаил Дмитриевич Скобелев блестящим образом проявил себя во всех трех военных конфликтах, благодаря чему стал всенародным героем.

Стоит надеется, что читатели продолжат развитие этой темы, дополнят, исправят или предложат новые критерии.

Фотографический портрет генерала Михаила Дмитриевича Скобелева. Фотографы их Императорских Величеств Левицкий и сын. 1881 год. Национальная библиотека Франции (Bibliothèque nationale de France). Третья, четвертая и пятая медаль от креста ордена Святого Георгия IV степени – светло бронзовая «За покорение Ханства Кокандского» на Георгиевско-Владимирской ленте, светло-бронзовая (?) «В память Русско-турецкой войны» на Андреевско-Георгиевской ленте и серебряная «За взятие штурмом Геок-Тепе» на Георгиевской ленте – «Скобелевский бант»

 

Награды М.Д. Скобелева. Третья, четвертая и пятая медаль от креста ордена Святого Георгия IV степени – светло бронзовая «За покорение Ханства Кокандского» на Георгиевско-Владимирской ленте, светло-бронзовая (?) «В память Русско-турецкой войны» на Андреевско-Георгиевской ленте и серебряная «За взятие штурмом Геок-Тепе» на Георгиевской ленте – «Скобелевский бант»

Фотографический портрет генерала Михаила Дмитриевича Скобелева. Фотографы их Императорских Величеств Левицкий и сын. 1881 год. Национальная библиотека Франции (Bibliothèque nationale de France). Третья, четвертая и пятая медаль от креста ордена Святого Георгия IV степени – светло бронзовая «За покорение Ханства Кокандского» на Георгиевско-Владимирской ленте, светло-бронзовая (?) «В память Русско-турецкой войны» на Андреевско-Георгиевской ленте и серебряная «За взятие штурмом Геок-Тепе» на Георгиевской ленте – «Скобелевский бант».

В заключение, отметим, что оставшиеся два знака, учрежденные уже в XIX веке будут рассмотрены в третьей завершающей части статьи о золотых офицерских крестах на Георгиевских лентах.

По-прежнему, связаться с автором, высказать свои пожелания, предложения, аргументированную и подкрепленную источниками критику, Вы можете по адресу электронной почты: s.n.golovin@mail.ru.

ПРИМЕЧАНИЯ:

[1] 17.287. Полное Собрание Законов Российской Империи. С 1649 года. – Санкт-Петербург: Печатано в типографии II Отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Т. XXIII.: С 1789 по 6 ноября 1796., 1830. – С. 614-615.

[2] Бантыш-Каменский Д. Н. Биографии Российских Генералиссимусов и Генерал-Фельдмаршалов. С 48 портретами. Санкт-Петербург: В типографии Третьего Департамента Министерства Государственных Имуществ. 1840. – Часть вторая. –  С. 134-137.

[3] Описание русских медалей. / Составил по поручению Начальника С.-Петербургского Монетного Двора действительный член Императорского Археологического Института, горный инженер В. П. Смирнов. – С.-Петербург. Издание С.-Петербургского Монетного Двора. 1908. – С. 166. № 326.

[4] Петерс Д. И. Наградные медали России второй половины XVIII столетия (1760-1800). Научное издание, исправленное и дополненное. М.: Интерпресс. 2004. – С. 210-216.

[5] Молло Е. С. О ношении знаков отличия в царствование императора Александра I // Военная быль (Le passé militaire) № 108. Январь 1971 года. Париж: Издание Обще-кадетского объединения под редакцией А. А. Геринга. 1971. – С. 27-28.

[6] Подмазо А. А. Образы героев Отечественной войны 1812 года. Военная галерея Зимнего дворца: альбом – справочник. М.: Русские витязи. 2013. –  С. 283.

[7] Подмазо А. А. Указ. соч. С. 58.

[8] Подмазо А. А. Указ. соч. С. 247.

[9] Военная галерея 1812 года: издано по повелению государя императора / [под ред. и с предисл. Вел. кн. Николая Михайловича; при участии А.А. Голомбиевского]. С.-Петербург: Экспедиция заготовления государственных бумаг. 1912. – С. 92-93.

[10] Подмазо А. А. Указ. соч. С. 287.

[11] Военная галерея 1812 года <…>. С. 140-141.

[12] В издании Русский военный костюм XVIII — начала XX века (Глинка В.М. Русский военный костюм XVIII — начала XX века. Ленинград: Художник РСФСР. 1988. – 240 с. :ил.) портрет опубликован под № 35 и ошибочно подписан «В. И. Депрерадович».

С уважением Сергей Головин

Золотые кресты на портретах Военной галереи. Часть I

Золотые кресты на портретах Военной галереи. Часть III

Орден Святого Иоанна Иерусалимского в колодках на портретах Военной галереи

 

Все материалы автора

__________________

Обсудить материал на форуме >>>

Рекомендуем

Перейти К началу страницы