Французские ордена в колодках на портретах Военной галереи

in Зарубежные награды/Искусство/Исследования 1301 views

Продолжаем публиковать работы Сергея Головина из цикла, посвящённого портретам Военной галереи Зимнего дворца. Нам как всегда приятно вдумчивое изучение как самого первоисточника, так и огромного количества материалов, которые в процессе исследований проработал Сергей. Итак, сегодня обратим взгляд на ордена Франции.

Редакция Sammlung/КОЛЛЕКЦИЯ


Французский Военный орден Святого Людовика среди других иностранных и российских орденов, часто встречающихся в колодках на портретах Военной галереи Зимнего дворца, является одновременно самым старым и самым молодым и при том, одной из самых неоднозначных наград.

Король Людовик XVIII, проявляя знаки благодарности к российскому генералитету, вероятнее всего, выбрал для награждения именно орден Святого Людовика (Военных заслуг), а не орден Почётного Легиона, именно из-за его военной специфики. Кроме того, орден Почётного Легиона прочно ассоциировался с Наполеоновской Францией, а пожалование награды, которая массово украшала мундиры противника, могло быть воспринято не вполне однозначно.

Наоборот, возрожденный старинный орден, учреждённый ещё до того, как в России появился первый орден Святого Андрея Первозванного, наиболее подходил для подобной цели.

В 1693 году король Франции Людовик XIV учредил Католический Военный орден Святого Людовика в честь короля Людовика IX. Орден обладал рядом таких важных новшеств, как деление на три степени (I – Кавалеры Большого креста, II – Командоры и III – Кавалеры), отсутствие сословных ограничений, а самое главное – приоритет в награждении за заслуги, в противоположность орденам, как закрытым корпорациям вышей аристократии.

Последнее обстоятельство позволило ордену Святого Людовика просуществовать некоторое время после Великой французской революции, однако уже в 1792 году орден был упразднен.

С 1814 года в период Реставрации орден Святого Людовика вновь вошел в Наградную систему Франции и до 1830 года существовал наравне с орденом Почётного Легиона, пока не был упразднён во второй и окончательный раз.

Знак ордена представлял собой золотой мальтийский крест, покрытый по краям белой эмалью, с золотыми стилизованными лилиями между лучами и шариками на их концах. В центральном медальоне овальной формы, покрытый красной эмалью изображалась фигура Святого Людовика в рыцарских доспехах и королевской мантии с лавровым и терновым венками в руках, вокруг которого надпись в синей эмали «LUDOVICUS MAGNUS INSTITUIT 1693» (Людовик Великий учредил в 1693). На реверсе центрального медальона в красной эмали расположен золотой пламенеющий меч рукоятью вниз, лезвие которого окружено лавровым венком и перевито белой лентой. Вокруг центрального медальона реверса сокращенный орденский девиз в синей эмали «BELL· VIRTUTIS PRAEM·» (Награда Воинской Доблести). Кавалеры Большого Креста носили орден на красной ленте через правое плечо и звезду подобную орденскому знаку на левой стороне груди. Командоры носили орденский крест подобным образом, но без звезды, а кавалеры – в петлице.

Предназначенный для католиков, орден Святого Людовика не мог вручаться протестантам. Альтернативной наградой, учреждённой в 1759 году Королем Людовиком XV, стал орден Военных заслуг, повторявший по своей структуре и задачам орден Святого Людовика.

Как и орден Святого Людовика, орден Военных Заслуг был упразднён после Великой французской революции, воссоздан в период Реставрации, и окончательно упразднён в 1830 году.

Различия во внешнем виде ордена Военных Заслуг заключались в синей орденской ленте, а также в том, что на аверсе центрального медальона в красной эмали располагался лавровый венок, окруженной надписью в синей эмали «LUD· XV INST· 1759» (Людовик XV учредил в 1759).

На реверсе изображение меча в красной эмали, вокруг которого орденский девиз «PRO VIRTUTE BELLICA» (За воинскую доблесть) в синей эмали.

Король Людовик XVIII при воссоздании ордена в 1814 году заменил цвет ленты с синего на красный.

Сведения об ордене Святого Людовика встречаются в тематическом французском издании первой четверти XIX века[1], то есть на момент его существования. В отечественной фалеристической литературе второй половины XX – начала XXI веков об ордене имеются достаточно сведения скудные[2],[3]. Упоминания же об ордене Военных заслуг на русском языке и вовсе ограничиваются несколькими словами в издании «Иностранные и русские ордена до 1917 года»[4], но, разумеется, встречаются в источниках на французском языке[5],[6].

Учитывая фактическую идентичность обоих наград, приведём совместный список генералов, на чьих портретах Военной галереи изображен французские Военный орден Святого Людовика и орден Военных Заслуг: 1. Алексеев Илья Иванович, генерал-лейтенант; 2. Влодек Михаил Федорович, генерал-майор; 3. Долон Осип Францевич, граф, генерал-майор; 4. Закревский Арсений Андреевич, генерал-майор; 5. Коновницын Пётр Петрович, генерал-лейтенант; 6. Ламберт Карл Осипович, граф, генерал-лейтенант; 7. Ланжерон Александр Фёдорович, граф, генерал от инфантерии; 8. Мишо-де-Боретур Александр Францевич, граф, генерал-майор; 9. Ожаровский Адам Петрович, граф, генерал-лейтенант; 10. Орлов-Денисов Василий Васильевич, граф, генерал-лейтенант; 11. Потоцкий Станислав Станиславович, граф, генерал-майор; 12. Репнин-Волконский Николай Григорьевич, князь, генерал-лейтенант; 13. Сиверс 3-й Егор Карлович, граф, генерал-майор; 14. Сипягин Николай Мартемьянович, генерал-майор; 15. Сухтелен 2-й Павел Петрович, барон, генерал-майор; 16. Трубецкой Василий Сергеевич, князь, генерал-лейтенант; 17. Уваров Фёдор Петрович, генерал от кавалерии; 18. Чернышёв Александр Иванович, генерал-лейтенант; 19. Шувалов Павел Андреевич, граф, генерал-лейтенант.

Фрагменты портретов генералов Военной галереи со знаками французского Военного ордена Святого Людовика: 1. Алексеева Ильи Ивановича, генерал-лейтенанта; 2. Влодека Михаила Федоровича, генерал-майора; 3. Долона Осипа Францевича, графа, генерал-майора; 4. Закревского Арсения Андреевича, генерал-майора; 5. Коновницына Петра Петровича, генерал-лейтенанта; 6. Ламберта Карла Осиповича, графа, генерал-лейтенанта; 7. Ланжерона Александра Фёдоровича, графа, генерала от инфантерии; 8. Мишо-де-Боретура Александра Францевича, графа, генерал-майора; 9. Ожаровского Адама Петровича, графа, генерал-лейтенанта; 10. Орлова-Денисова Василия Васильевича, графа, генерал-лейтенанта; 11. Потоцкого Станислава Станиславовича, графа, генерал-майора; 12. Репнина-Волконского Николая Григорьевича, князя, генерал-лейтенанта; 13. Сиверса 3-го Егора Карловича, графа, генерал-майора; 14. Сипягина Николая Мартемьяновича, генерал-майора; 15. Сухтелена 2-го Павла Петровича, барона, генерал-майора; 16. Трубецкого Василия Сергеевича, князя, генерал-лейтенанта; 17. Уварова Фёдора Петровича, генерала от кавалерии; 18. Чернышёва Александра Ивановича, генерал-лейтенанта; 19. Шувалова Павла Андреевича, графа, генерал-лейтенанта. Мастерская Джорджа Доу. 1819-1828 гг. Военная галерея Зимнего Дворца, Государственный Эрмитаж

В колодках на два награждения французский Военный орден Святого Людовика располагается после серебряной медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте на фрагментах портретов № 1 – И. И. Алексеев, 6 – К. О. Ламберт, 12 – Н. Г. Репнин-Волконский.

В своём альбоме-справочнике А. А. Подмазо утверждает, что в колодке генерал-лейтенанта Ильи Ивановича Алексеева (фрагмент № 1) изображен сицилийский орден Святого Януария[7]. Однако, как известно, данный орден имел только одну степень, кроме того, был династической наградой. Информация об ордене Святого Януария встречается в ряде зарубежных[8],[9] и отечественных тематических изданий[10],[11].

Портрет генерал-лейтенанта Ильи Ивановича Алексеева. Мастерская Джорджа Доу. 1822 год. Военная галерея Зимнего Дворца, Государственный Эрмитаж

Благодаря очень высокой степени прорисовки награды на портрете, даже одного взгляда достаточно для того, чтобы убедиться в ошибочности предположения Подмазо.

Действительно в основе французского и сицилийского орденов лежит золотой мальтийский крест с белой каймой по краям и стилизованными лилиями между лучами. А лента обоих орденов – красная. На этом сходства наград заканчиваются.

Помимо того, что лучи орденского креста Святого Януария заполнены красной эмалью в виде языков пламени (подобная техника не характерна для большинства европейских орденов описываемого периода), между которой и белой эмалью по краям расположена достаточно толстая золотая кайма, центральный медальон Святого Януария имеет сложный накладной рельефный золотой элемент, покрытый красной, белой и синей эмалью в виде самого Святого. Подобную отличительную деталь крайне трудно спутать с чем-то иным.

Ни того, ни другого признака на ордене в колодке И. И. Алексеева не наблюдается, при этом, отчетливо заметны плоскость медальона, и отсутствие красной эмали на лучах.

Не прослеживается награждение генерал-лейтенанта Алексеева данным орденом и по вехам его биографии и боевого пути, размещённых в издания «Военная галерея 1812 года»[12] и «Император Александр I и его сподвижники в 1812, 1813, 1814, 1815 годах»[13], но в них упоминается об участии Ильи Ивановича в кампании «Ста дней» 1815 года, что наводит на мысль о возможности получения Военного ордена Святого Людовика, который хотя и не указан среди наград генерала, является наиболее подходящим по внешнему виду.

Таким образом, остаётся лишь констатировать ошибку А. А. Подмазо. Возможно, Александра Александровича смутила необычная для традиции российской наградной колодки форма орденской ленты с бантом специфического внешнего вида, хотя именно такая форма сложения ленты характерна для французской награды и встречается на значительном количестве французских иконографических источников того времени.

Впрочем, нельзя ни рассмотреть еще один интересней момент, связанный с редким для России сицилийским орденом. В коллекции Государственного Исторического музея под инвентарным номером № 93358 / КП ОН-805797 хранится орденский крест Святого Януария, поступивший из собрания князей Барятинских в 1924 году, и, предположительно, принадлежавший генерал-фельдмаршалу князю Александру Ивановичу Барятинскому[14].

Самое удивительное, что по более чем двум десяткам «Списков генералам по старшинству» за 1852[15], 1855-1857[16] 1859[17], 1861-1866[18], 1868-1869[19] и 1871-1879[20] года, можно детально проследить восхождение по карьерной лестнице князя Барятинского от генерал-лейтенанта до генерал-фельдмаршала, но среди иностранных наград в этих документах ни разу не упомянут выше означенный орден.

Безусловно, существует вероятность, что орден каким-то непостижимым образом не попал в список зарубежных знаков отличия, однако учитывая, что в их число был занесен даже портрет персидского Шаха, украшенный алмазами на голубой ленте, она крайне минимальная.

Но в коллекции Музеев Московского Кремля хранится ещё один крест ордена Святого Януария под инвентарным номером № ОМ-2706, также поступивший в 1963 году из Гохрана[21]. На вполне логичный вопрос: «Зачем нужна эта информация?» приведём следующее рассуждения.

Для начала, обратимся к уже хорошо знакомой статье старшего научного сотрудника ВИМАИВиВС Татьяны Николаевны Ильиной: «По Высочайшей воле наградами августейших особ… (Основание орденской коллекции Артиллерийского музея)»[22], в которой приводятся списки иностранных наград Императоров Александра I и Николая I. По данным Т. Н. Ильиной, оба русских монарха имели этот орден. Эта информация также подтверждается другим исследователем – доктором исторических наук Людмилой Михайловной Гавриловой[23].

Несомненно, было бы абсолютно неправильно проводить столь прямую параллель и бездоказательно приписывать кресты сицилийского ордена одному из братьев-Императоров, хотя бы потому, что их отец, Император Павел I также имел данный орден[24]. Среди иностранных наград других российских правивших Монархов орден Святого Януария не встречается[25].

Несмотря на то, что обоих случаях, описанные орденские кресты и датируются второй половиной XIX века, отсутствие звёзд к наградам заставляет, по крайней мере, задуматься над датировкой. Особенно, учитывая факт принадлежности Императору Александру I двух шитых орденских звёзд и ещё двух (без указания способа изготовления) его брату – Императору Николаю I[26], который получил орден в 1826 году, когда орденские звёзды в большинстве своем также были шитые.

Заканчивая повествование об ордене Святого Януария, хочется надеяться, что сказанное выше побудит коллег-фалеристов вновь вернуться к исследованию знаков данной награды и, возможно, когда-нибудь установить их принадлежность.

Возвращаясь к наградным колодкам, отметим интересную последовательность расположения французского ордена Военных заслуг между серебряной и бронзовой медалями «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах на фрагменте № 13 – Е. К. Сиверс. Вероятнее всего, такое расположение связано с очередностью получения наград.

Ещё на одной колодке на фрагменте № 19 – П. А. Шувалов орден Святого Людовика расположился после ордена Святого Георгия IV степени и серебряной и бронзовой медалей «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах.

На фрагментах № 9 – А. П. Ожаровский и 16 – В. С. Трубецкой французский Военный орден Святого Людовика следует за серебряной и бронзовой медалями «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах и австрийским Военным орденом Марии Терезии малого креста. Две идентичные колодки на четыре награждения, половина из которых иностранные – достаточно большая редкость для Военной галереи. Среди колодок на пять награждений такие совпадения встречаются единично.

Как уже описывалось ранее, на фрагментах № 3 – О. Ф. Долон  и 18 – А. И. Чернышёв  орден Святого Людовика располагается перед шведским Военным орденом Меча и после: ордена Святого Георгия IV степени, серебряной медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте и ордена Святого Владимира IV степени в колодке на фрагменте № 3 – О. Ф. Долон; а также после серебряной и бронзовой медалей «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах, австрийского Военного ордена Марии Терезии малого креста соответственно в колодке на фрагменте № 18 – А. И. Чернышёв.

На фрагменте на колодке № 11 – С. С. Потоцкий орден Святого Людовика расположен после ордена Святого Георгия IV степени и серебряной и бронзовой медалей «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах, но перед баварским Военным орденом Максимилиана Иосифа.

Среди всех колодок, запечатлённых на портретах Военной галереи и даже среди других портретных источников периода 10 – 30-х годов XIX века, колодку на фрагменте № 8 – А. Ф. Мишо-де-Боретур, пожалуй, можно назвать одной из самых необычных. Подобному определению она обязана не своими наградами, – в данном случае орден Святого Людовика располагается между орденом Святого Георгия IV степени, серебряной медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте, а также баварским Военным орденом Максимилиана Иосифа и вюртембергским орденом «За Военные заслуги». Именно крепление наград к основанию отличает эту колодку от остальных.

Итак, безусловно, основание колодки правильный прямоугольник, на который натянуты орденские ленты в два оборота, таким образом, чтобы орденские кресты и медаль частично ими перекрывались и были надёжно зафиксированы сбоку. Иными словами, все награды на колодке на графа Мишо-де-Боретура повёрнуты приблизительно на 90º относительно классического их расположения – вертикально, крепёжным ушком вверх. Из особенностей данной колодки можно отметить и достаточно значительное расстояние от реверса колодки до мундирного борта, на что указывает не только тень внизу, но и тщательно прорисованная объёмная верхняя линяя сгиба лент. Можно предположить, что такая колодка крепилась на шпильки или булавку и могла легко переноситься с одного мундира на другой без задержки и потери формы, чему способствовали крепко зафиксированные награды. Нельзя не обратить внимания, что крест ордена Святого Георгия IV степени немного «запутал» Джорджа Доу. Поскольку английский художник либо раньше не сталкивался с подобным способом ношения, либо просто не обратил внимания при дальнейшей прорисовке мелких деталей портрета, то центральный медальон с изображением Святого Великомученика и Победоносца Георгия на коне так и остался в вертикальном положении. Версия же о том, что центральный медальон был вставлен в крест со столь большим углом отклонения настолько маловероятна, что не нуждается рассмотрении.

Наконец, пришло время остановиться на колодке, изображённой на фрагменте № 15 – П. П. Сухтелен 2-й, как на одной из самой интересных с точки зрения атрибуции предметов фалеристики. С первыми тремя наградами не возникает вопросов, кроме, разве что, нестандартно больших размеров креста ордена Святого Георгия IV степени и серебряной медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте.

Если значительный размер Военного ордена легко можно объяснить взаимозаменяемостью ранних крестов двух младших степеней, о чём уже неоднократно упоминалось, то размер медали, особенно учитывая её соотношение с диаметром соседней мундирной пуговицы и столь крупное поперечное ушко, что в него непосредственно продета лента (!) без промежуточного кольца. Именно в данном случае такую медаль нельзя условно называть «кавалерийской», так как одной из основных отличительных особенностей последних является уменьшенный размер. Но не исключено, что крупный диаметр медали – всего лишь ошибка глазомера художника или «вольность» частного ювелира (медальера).

Портрет генерал-майора барона Павла Петровича Сухтелена 2-го. Мастерская Джорджа Доу. 1819-1820 года. Военная галерея Зимнего Дворца, Государственный Эрмитаж

Стоит отметить, что следующий за первыми двумя наградами орден Меча расположен аверсом вперед, о чем свидетельствуют обвитая вокруг лучей креста золотая лента, служащая для дополнительной фиксации мечей на лучах крестов старших степеней, и, вероятно, Королевских корон на младшей. Возможно, это один из вариантов частного производства.

Четвёртую награду на колодке Сухтелена А. А. Подмазо атрибутирует как французский Военный орден Святого Людовика[27]. Этот орден упоминается в биографиях генерала, размещенных в изданиях «Военная галерея 1812 года»[28] и «Император Александр I и его сподвижники в 1812, 1813, 1814, 1815 годах»[29]. Но одна деталь – синяя лента, вместо положенной красной, заставляет подвергнуть сомнению данный факт.

Как уже упоминалось ранее, орден Святого Людовика вручался военнослужащим католического вероисповедания, а для протестантов же существовал свой аналог – орден Военных Заслуг.

Установить вероисповедание графа Павла Петровича Сухтелена оказалось не таким простым делом. В большинстве доступных источников о том, какой веры придерживался генерал не сказано ни слова. Но издание «Оренбургская епархия в прошлом её и настоящем» содержит в себе следующие строки (орфография и пунктуация частично сохранены):

«Смерть графа П. П. Сухтелена. В 1833 г. 20 марта скончался в г. Оренбурге главный начальник Оренбургскаго края генерал-адъютант граф Пав. Петр. Сухтелен II-й (род. В 1788 г.), не много – всего три года (1830-33 г.) пробывший у нас, но сделавший немало полезного для развития края, котораго не даром посему оплакивал весь Оренбург; погребен, хотя и был лютеранин (Выделено – С. Г.), в ограде военной Петро-Павловской церкви…»[30].

Напомним, что лютеранство является одной из форм протестантизма[31].

Таким образом, граф Сухтелен 2-й не должен был иметь именно орден Святого Людовика (если только не получил его по недоразумению), а должен быть награждён именно орденом Военных Заслуг. И хотя орден для протестантов в эпоху Реставрации носили уже также на красной ленте, Павел Петрович по какой-то причине выбрал именно синюю.

Существует крайне малая вероятность того, что цвет ленты французского ордена Военных Заслуг на колодке изображён ошибочно (к сожалению, центральный медальон креста на колодке большей частью закрыт предыдущим орденом, что не позволяет идентифицировать сам орденский крест), но в любом случае, именно цвет ленты подтолкнул к исследованию данной награды.

Последнюю награду на колодке Сухтелена, которая представляет собой золотую медаль на желтой ленте с синей каймой по краям, А. А. Подмазо атрибутировать не смог[32]. Но именно лента медали, сходная с лентой Военного ордена Меча дала «подсказку» о шведском происхождении награды. В списках наград графа Павла Петровича Сухтелена в Месяцеслове за 1831 год[33] и в других уже упомянутых источниках, таких как «Военная галерея 1812 года»[34] и в «Император Александр I и его сподвижники в 1812, 1813, 1814, 1815 годах»[35] значится золотая шведская медаль «За Храбрость». В последнем указывается и дата награждения – 1815 год.

Шведская золотая медаль «За Храбрость», а если быть точнее, её полное название «För tapperhet i fält» переводится как «За Храбрость в поле» была учреждена Королем Швеции Густавом III в 1789 году, изначально изготовлялась из серебра и предназначалась для награждения нижних чинов. С 1806 года чеканилась в золоте для вручения офицерам. По краям медали на аверсе и реверсе – выпуклое рубчатое кольцо. Диаметр медали по шведской шкале Берка[36] 7 1/2, что составляет около 31 мм. С 1809 года на аверсе медали чеканилось рельефное изображение Рыцарского креста шведского Военного ордена Меча под Королевской короной.

На некоторых портретных источниках встречаются примеры ношения золотой медали легендой вперед, что вероятно связано со свержением шведского короля Густава IV Адольфа в 1809 году.

На реверсе медали в лавровом венке располагалась надпись:

FÖR

TAPPERHET

I FÄLT

В первой четверти XIX века ленты серебряной и золотой медалей неоднократно изменялась с жёлто-синей до жёлтой с синей каймой по краям и обратно, но на данный момент используется именно первый вариант.

Ленты шведской медали «För tapperhet i fält» (За Храбрость в поле): 1. Изображенная на портрете генерал-майора барона Павла Петровича Сухтелена 2-го из Военной галереи; 2. Используемая с 1819 года до настоящего времени. Рисунок автора

Уникальность медали «За Храбрость в поле» заключается в том, что за исключением некоторых незначительных изменений, она, de facto, до сих пор существует в рамках Шведской Наградной системы, хотя уже более века является «спящей».

Золотая офицерская медаль «För tapperhet i fält» (За храбрость в поле). Принадлежала Хенрику Йохану Гуммерусу. Модель образца после 1809 года. Диаметр: 31 мм. Вес с лентой: 19 грамм. Коллекция Королевской Оружейной палаты. Стокгольм, Швеция

На данный момент, другого запечатленного примера награждения российского военнослужащего золотой шведской медалью, по крайней мере автору, не известно.

Несмотря на отсутствие информации о медали на русском языке, краткие сведения о ней приводятся в иностранных тематических изданиях XIX века[37], [38]. Кроме того, в конце XX – начале XXI века этой награде были посвящены объёмные статьи на шведском языке, содержащие в себе достаточно подробные исследования[39], [40].

Удивительно, но в своем альбоме-справочнике А. А. Подмазо в разделе кратких послужных и наградных списков генералов, чьи портреты представлены в Военной галерее, указывает эту шведскую медаль среди прочих наград графа Павла Петровича Сухтелена[41]. Но по неясной причине, Подмазо не связал между собой неизвестную золотую медаль на портрете и единственную золотую медаль из своего же списка.

В связи с чем, необходимо отметить значительную необходимость при атрибуции спорных или неизвестных наград кавалера иметь возможность сравнения нескольких иконографических источников, изображающих разные периоды его жизни, будь то живописные портреты, гравюры, миниатюры, а позднее – фотографии и так далее.

В процессе поиска изображений графа Павла Петровича Сухтелена выяснилось следующее: в декабрьском номере журнала «Дилетант» за 2016 год на страницах статьи с весьма необычным названием «Роковая лысина» Александр Владимирович Кибовский исправил ошибочную подпись под портретом Михаила Павловича Ланского[42], опубликованного в пятом томе издания «Русские портреты XVIII и XIX столетий» под № 149[43] вместо портрета графа Сухтелена 2-го.

Портрет генерал-майора Михаила Павловича Ланского. Ранее ошибочно приписывался Павлу Петровичу Сухтелену 2-му. Исправленная атрибуция А. В. Кибовского. Размещен в V томе издания «Русские портреты XVIII и XIX столетий» под № 149

В восполнение иконографии Павла Петровича Сухтелена приведём его портрет, размещённый в уже упоминаемом труде «Оренбургская епархия в прошлом её и настоящем», который на данный момент достаточно малоизвестен.

 

Портрет генерал-адъютанта графа Павла Петровича Сухтелена 2-го со звездой шведского Военного ордена Меча командорской степени. Неизвестный художник. 1830-1833 года. Размещен во втором выпуске издания «Оренбургская епархия в прошлом её и настоящем», входящего в сборник «Труды Оренбургской Ученой Архивной Комиссии»

На колодке, изображённой на фрагменте № 2 – М. Ф. Влодек французский Военный орден Святого Людовика расположен после ордена Святого Георгия IV степени и серебряной и бронзовой медалей «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах, но перед вюртембергским орденом «За Военные Заслуги» и баварским Военным орденом Максимилиана Иосифа.

Список наград, входящих в колодку на фрагменте № 4 – А. А. Закревский, в целом, совпадает с наградами на фрагменте портрета № 8 – А. Ф. Мишо-де-Боретур, за исключением того, что после серебряной медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте следует Золотой офицерский крест «За Прейсиш-Эйлау» на Георгиевской ленте, а баварский и французский Военные ордена поменяны местами.

На колодках, запечатлённых на фрагментах портретов № 10 – В. В. Орлов-Денисов и 14 – Н. М. Сипягин орден Святого Людовика следует после серебряной и бронзовой медалей «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах и перед австрийским Военным орденом Марии Терезии. Далее на колодке Орлова-Денисова идут ордена: прусский Красного Орла III степени взамен I и баварский Военный Максимилиана Иосифа III степени взамен II, а на колодке Сипягина – шведский Военный орден Меча и также баварский Военный орден.

Колодка на фрагменте № 5 – П. П. Коновницын состоит из так называемого «Дворянского банта»[44] – серебряной медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте, золотой медали «Земскому войску» на Владимирской ленте и бронзовой медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Владимирской ленте, австрийского ордена Леопольда, французского Военного ордена Святого Людовика, прусского Красного Орла III степени взамен I, и баварского Военного Максимилиана Иосифа.

На фрагменте № 7 – А. Ф. Ланжерон орден Святого Людовика размещен в колодке после серебряной и бронзовой медалей «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской и Владимирской лентах, Золотого офицерского креста «За взятие Измаила» на Георгиевской ленте, а также австрийского Военного ордена Марии Терезии, но перед, французским Знаком Лилии (?), орденом Святой Анны III степени взамен I и американским орден Цинциннати(а).

Наконец, на колодке, изображённой на фрагменте № 17 – Ф. П. Уваров среди восьми наград, французскому Военному ордену Святого Людовика нашлось только последнее место, после серебряной медали «В память Отечественной войны 1812 года» на Андреевской ленте, австрийского Военного ордена Марии Терезии, прусского ордена Чёрного Орла, баварского Военного ордена Максимилиана Иосифа, вюртембергского ордена «За Военные заслуги» III степени взамен I и ордена Святого Иоанна Иерусалимского обозначающего командорскую степень.

Генерал от кавалерии Федор Петрович Уваров[45], так же как генерал от инфантерии граф Александр Федорович Ланжерон[46] и генерал-лейтенант граф Василий Васильевич Орлов-Денисов[47] были награждены I степенью ордена Святого Людовика, а, следовательно, в колодках на фрагментах портретов № 1, 10 и 17 изображены III степени этого ордена взамен I.

Этой же степенью, предположительно, был награжден и генерал-лейтенант, граф Павел Андреевич Шувалов[48].

А. А. Подмазо по какой-то причине посчитал орден Святого Людовика на колодке графа Шувалова орденом Военных Заслуг[49]. Вероятнее всего, Александра Александровича смутил именно реверс центрального медальона, который действительно можно спутать с аналогичным элементом ордена Военных Заслуг, однако в «Военной галерее 1812 года» вполне ясно указывается именно первая из двух наград[50], кроме того, происхождение рода Шуваловых[51] не вызывает сомнений в вероисповедании, а, следовательно, в данном случае приходится констатировать ошибку.

Также удалось установить, что на колодках генерал-лейтенантов графов Карла Осиповича Ламберта[52] (фрагмент № 6) и Адама Петровича Ожаровского[53] (фрагмент № 9), князей Николая Григорьевича Репнина-Волконского[54] (фрагмент № 12) и Василия Сергеевича Трубецкого[55] (фрагмент № 16), и, наконец, Александра Ивановича Чернышёва[56] (фрагмент № 18) изображена III степень ордена Святого Людовика взамен II степени, которой все они были награждены.

Возвращаясь вновь к наградам на колодке графа Петра Петровича Коновницына напомним, что на страницах издания «Деяния российских полководцев и генералов, ознаменовавших себя, в достопамятную войну с Францией, в 1812, 1813, 1814 и 1815 годах» приводятся сведения о том, что генерал Коновницын награждён французским орденом Святого Людовика высшей степени[57].

Но, на последней странице дневника графа П. П. Коновницына за 1813-1815 года, размещенного в труде «Подвиги славных предков в годину Отечественной войны. 1812 – 1912. Посвящается потомкам», была найдена следующая запись, датируемая 17 сентябрем 1815 года:

«В сегодняшних газетах Король Французский даёт мне орден военный Св. Людовика Командорский»[58].

Таким образом, удалось установить степень французского Военного ордена, что называется, «из первых уст», а, следовательно, на колодке Коновницына III степень ордена взамен II.

И несмотря на то, что нарративные источники далеко не всегда достоверно отражают различные исторические события, в данном случае личные записки кавалера являются наиболее надёжными, особенно учитывая отсутствие внятной информации в иных источниках.

В издании «К чести России. Из частной переписки 1812 года», вышедшем в свет в 1988 году, на 73 странице размещён ещё один портрет Петра Петровича Коновницына[59], который можно датировать 1814-1817 годами, к глубочайшему сожалению, без указания авторства и места хранения.

 

Портрет генерал-лейтенанта Петра Петровича Коновницына. Неизвестный художник (?). Около 1814-1817 годов. Размещен на 73 странице издания «К чести России. Из частной переписки 1812 года»

Редкий случай: на следующей странице книги приведён увеличенный фрагмент портрета с наградами генерала. Великолепно различимы шейные знаки орденов баварского Военного Максимилиана Иосифа (самый верхний крест) и австрийского Леопольда (самый нижний крест). Также хорошо заметна разница между относительно небольшими размерами крестов указанных орденов и соседних прусского Красного Орла I степени и российского Военного Святого Георгия II степени.

Увеличенный фрагмент портрета генерал-лейтенанта Петра Петровича Коновницына. Неизвестный художник (?). Около 1814-1817 годов. Размещён на 74 странице издания «К чести России. Из частной переписки 1812 года»

Таким образом, теперь колодка генерала Петра Петровича Коновницына окончательно «раскрыта». Можно со значительной долей уверенности утверждать, что на ней, помимо российских медалей изображены ордена: прусский Красного Орла III степени взамен I, австрийский Леопольда III степени взамен II, французский Военный Святого Людовика III степени взамен II и баварский Военный Максимилиана Иосифа также III степени взамен II.

Колодка на портрете Коновницына, безусловно, является одним из уникальных примеров ношения младших (петличных) степеней всех четырех иностранных орденов, присутствующих в ней, вместо старших.

Двукратное превосходство количества колодок со знаками ордена Святого Людовика III степени взамен II над такими же, но взамен I степени объясняется не только простым и логичным превосходством числа кавалеров ордена младшей степени над старшей, но и необычным способом ношения командорской степени этого французского ордена (на ленте через плечо, против классического на тот момент способа ношения на шейной ленте), заставлявшим кавалера идти на подобные ухищрения для комфортного повседневного обозначения факта награждения этим орденом.

Прорисовка орденов Святого Людовика в колодках на портретах Военной галереи находится на достаточно высоком уровне, что обусловлено внешней конструктивной сложностью ордена, а соответственно, необходимостью уделять достаточное внимание мелким деталям. К примеру, кресты ордена на фрагментах № 1 – И. И. Алексеев и 6 – К. О. Ламберт вырисованы с геометрической точностью, даже несмотря на то, что последний из них уменьшенного размера, по сравнению со стандартными.

Кроме того, кресты, отличающиеся от оригинальных в меньшую сторону, наблюдаются на фрагментах № 5 – П. П. Коновницын, 7 – А. Ф. Ланжерон, 17 – Ф. П. Уваров и 18 – А. И. Чернышёв. За исключением этих четырёх орденов и знака на фрагменте портрета № 15 – П. П. Сухтелен 2-й, все остальные кресты французского ордена больше серебряной медали «В память Отечественной Войны 1812 года» на Андреевской ленте.

Лучи орденского знака на колодке графа Ланжерона полностью покрыты эмалью, при этом, из-за общей миниатюрности колодки не представляется возможным сказать, было ли это недочетом художника, писавшего портрет или ювелира, изготовлявшего данный крест.

Наоборот, на фрагменте № 2 – М. Ф. Влодек общая небрежность в написании иностранных орденов, не раз упоминавшаяся ранее, повторяется и с французской наградой. Лишь отчасти некоторая условность при изображении орденских знаков наблюдается на фрагментах № 3 – О. Ф. Долон и 13 – Е. К. Сиверс, при чем на последнем это вызвано, скорее, расположением колодки под неудачным углом.

Из тех французских орденских крестов, на которых различим рисунок центрального медальона, только в колодках на фрагментах № 11 – С. С. Потоцкий и 19 – П. А. Шувалов ордена Святого Людовика развернуты реверсом вперед.

Большинство крестов французского Военного ордена запечатаны с шариками на концах раздвоенных лучей, однако они отсутствуют на фрагментах портретов № 1 – И. И. Алексеев, 7 – А. Ф. Ланжерон и 15 – П. П. Сухтелен 2-й. На этот раз особенность знака ордена Святого Людовика на колодке графа Ланжерона можно объяснить только его выполнением в частной ювелирной мастерской. Что же касается двух других знаков, они, вероятнее всего не имели шариков на конце лучей конструктивно, а не утратили их в процессе эксплуатации.

Как уже упоминалось выше, на способы складывания орденских лент сильно влияло французское происхождение ордена. Орденский бант, крепившийся на нижнем конце отрезка ленты или его заменявший, впоследствии, предположительно, ставший прообразом розетки из орденской ленты и более похожий на современное представление о банте, нежели на классическое его понятие в российской наградной системе, изображён на фрагментах портретов № 1 – И. И. Алексеев, 6 – К. О. Ламберт, 9 – А. П. Ожаровский, 12 – Н. Г. Репнин-Волконский, 19 – П. А. Шувалов.

Нельзя упустить следующее интересное явление: из пяти наград Святого Людовика, запечатлённых с бантом, три (фрагменты № 6 – К. О. Ламберт, 9 – А. П. Ожаровский, 12 – Н. Г. Репнин-Волконский) обозначали Командорскую степень.

Кроме того, на колодке генерал-лейтенанта Ламберта сам орден, соседняя медаль, а также их ленты уменьшенного размера.

Еще одним распространенным способом складывания и крепления ленты можно назвать оборачивание ленты вокруг орденского креста с одной (фрагменты № 2 – М. Ф. Влодек, 3 – О. Ф. Долон, 5 – П. П. Коновницын, 10 – В. В. Орлов-Денисов, 11 – С. С. Потоцкий, 14 – Н. М. Сипягин, 16 – В. С. Трубецкой) или с двух (фрагмент № 4 – А. А. Закревский) сторон.

Нередко использовалось и простое крепление креста ордена Святого Людовика к сложенной вдвое ленте (фрагменты № 7 – А. Ф. Ланжерон, 13 – Е. К. Сиверс, 15 – П. П. Сухтелен 2-й, 17 – Ф. П. Уваров, 18 – А. И. Чернышёв)

Способ складывания ленты на фрагменте № 8 – А. Ф. Мишо-де-Боретур уже описывался самым подробным образом в рамках этой статьи.

Высота орденских лент на наградных колодках приблизительно равна размеру креста французского Военного ордена на фрагментах № 1 – И. И. Алексеев, 3 – О. Ф. Долон, 9 – А. П. Ожаровский, 10 – В. В. Орлов-Денисов, 19 – П. А. Шувалов; не превышает его на фрагментах портретов № 2 – М. Ф. Влодек, 6 – К. О. Ламберт  или превышает незначительно, не более чем на высоту одного луча, на фрагментах портретов № 4 – А. А. Закревский, 7 – А. Ф. Ланжерон, 8 – А. Ф. Мишо-де-Боретур, 11 – С. С. Потоцкий, 12 – Н. Г. Репнин-Волконский, 13 – Е. К. Сиверс, 14 – Н. М. Сипягин,15 – П. П. Сухтелен 2-й, 16 – В. С. Трубецкой, 17 – Ф. П. Уваров, 18 – А. И. Чернышёв, 19 – П. А. Шувалов. Лишь на фрагменте № 5 – П. П. Коновницын длинна орденской ленты превышает размер креста ордена Святого Людовика более чем в полтора раза.

Благодаря тому, что около 3/4 от общего числа разбираемых колодок с орденов Святого Людовика и Военных Заслуг состоит из четырёх и более наград, определённый общий стиль прослеживается на фрагментах № 4 – А. А. Закревский, 7 – А. Ф. Ланжерон, 8 – А. Ф. Мишо-де-Боретур, 14 – Н. М. Сипягин; в меньшей степени на фрагментах № 9 – А. П. Ожаровский, 15 – П. П. Сухтелен 2-й, 16 – В. С. Трубецкой. Ввиду использования орденского банта, о единообразии колодок на два награждения речи идти не может. Но вот колодка на фрагменте № 13 – Е. К. Сиверс, состоящая из трёх наград выполнена в виде прямоугольника, а ленты, как и на фрагменте № 8 – А. Ф. Мишо-де-Боретур абсолютно точно натянуты на твёрдое основание.

Расположение колодок с орденом Святого Людовика (Военных Заслуг) на мундирах распределяется следующим образом: значительное большинство составляют колодки, размещённые между мундирным бортом, на уровне, либо несколько выше или ниже первой мундирной пуговицы и восьмилучевой орденской звездой (фрагменты № 1 – И. И. Алексеев, 4 – А. А. Закревский, 5 – П. П. Коновницын, 6 – К. О. Ламберт, 7 – А. Ф. Ланжерон, 9 – А. П. Ожаровский, 11 – С. С. Потоцкий, 12 – Н. Г. Репнин-Волконский,13 – Е. К. Сиверс, 16 – В. С. Трубецкой, 17 – Ф. П. Уваров, 18 – А. И. Чернышёв, 19 – П. А. Шувалов).

Аналогично размещение колодки – между бортом без пуговиц на мундире казачьего покроя и орденской звездой, таким образом, чтобы шейный орденский крест касался верхнего края орденской ленты первой награды (фрагмент № 10 – В. В. Орлов-Денисов).

Ещё одну малочисленную группу составляют колодки, располагающиеся между мундирным бортом на уровне первой пуговицы и бахромой эполета (фрагменты № 2 – М. Ф. Влодек и 3 – О. Ф. Долон).

Наконец, размещение колодки между мундирным бортом на уровне верней пуговицы и корешком эполета, с небольшим положительным наклоном можно наблюдать на фрагментах № 8 – А. Ф. Мишо-де-Боретур, 14 – Н. М. Сипягин, 15 – П. П. Сухтелен 2-й. При этом, орденские кресты на колодке генерал-майора Сипягина касаются звезды шведского Военного ордена Меча, расположенной на мундире ниже колодки и рядом с бахромой эполета.

Завершая повествование об французских наградах в колодках на портретах Военной галереи Зимнего дворца, необходимо сделать ряд выводов.

Учитывая, что в отличии от французского ордена Почётного Легиона, ордена Святого Людовика и Военных Заслуг после Наполеоновских войн просуществовали всего полтора десятилетия, рассмотренные девятнадцать портретов российских генералов, находящихся в Военной галерее можно назвать памятниками не только отечественной иконографии, но и французской портретной фалеристики.

Но тот факт, что среди всех портретов Военной галереи ни один генерал не запечатлён с лентой или звездой ордена Святого Людовика старших степеней, все же говорит об относительной второстепенности значения этой награды для российских кавалеров.

Важным аспектом при атрибуции различных наград на портретах является непосредственная сверка, как внешнего вида изображённой награды с сохранившимися оригинальными экземплярами наград, так и изучение соответствующей фалеристической литературы и источников, содержащих в себе сведения награждениях.

В следующей статье будут более подробно рассмотрены затронутые в рамках этой публикации шведские награды.

Автор выражает глубокую признательность и сердечную благодарность Олегу Валентиновичу Плужникову (Cambronne) за помощь в подготовке данной статьи.

По-прежнему, связаться с автором, высказать свои пожелания, предложения, аргументированную и подкреплённую источниками критику Вы можете по адресу электронной почты: s.n.golovin@mail.ru


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Aristide Michel Perrot. Collection historique des ordres de chevalerie civils et militaires, existant chez les différens peuples du monde, suivie d’un tableau chronologique des ordres éteints. Paris: Chez Aimé André, Libraire – Editeur, quai des Augustins, № 59. 1820. – P. 7-8., Pl. III, № 1, 2.

[2] Спасский И. Г. Иностранные и русские ордена до 1917 года. Л.: Издательство Государственного Эрмитажа. 1963. – С. 43., табл. VI, 4.

[3] Европейские ордена в России: конец XVII-начало XX века. Из собраний музеев Московского Кремля и Государственного исторического музея. / Л. М. Гаврилова, С. С. Левин – М.: Арт-Родник. 2007. – С. 207-208.

[4] Спасский И. Г. Указ. соч. С. 43., табл. VI, 5.

[5] Aristide Michel Perrot. Op. cit. P. 9., Pl. III, № 3, 4.

[6] Notes sur l’institution du Mérite Militaire. 1759-1830. Extrait de la Société de l’Histoire du Protestantisme français. Paris: Typographie de Ch. Meyrueis. 1875. – 8 p.

[7] Подмазо А. А. Образы героев Отечественной войны 1812 года. Военная галерея Зимнего дворца: альбом – справочник. М.: Русские витязи. 2013. – С. 81.

[8] Aristide Michel Perrot. Op. cit. P. 138., Pl. XXIV, № 4, 5.

[9] The Book of Orders of Knighthood and Decorations of Honour of all Nations Comprising an historical account of Each Order, Military, Naval, and Civil, From the Earliest to the present time, with lists of the Knights and Companions of Each British order. / Sir Bernard Burke. London: Hurst and Blackett, publishers, successors to Henry Colburn. 1858. – P. 287-288., Plate 84. Two Sicilies. Table I. № 1, 2, 3.

[10] Спасский И. Г. Указ. соч. С. 59., табл. XV, 1.

[11] Европейские ордена в России <…> С. 161-162.

[12] Военная галерея 1812 года: издано по повелению государя императора / [под ред. и с предисл. Вел. кн. Николая Михайловича; при участии А. А. Голомбиевского]. С.-Петербург: Экспедиция заготовления государственных бумаг. 1912. – С. 7.

[13] Император Александр I и его сподвижники в 1812, 1813, 1814, 1815 годах: Военная галерея Зимнего дворца, издаваемая с Высочайшего соизволения и посвященная его Императорскому Величеству Государю Императору: жизнеописания / соч. генерал-лейтенанта А. И. Михайловского-Данилевского. С.-Петербург: Издание И. Песоцного. В типографии Карла Крайля. 1845-1849. – Т. II. 1845. – [И. И Алексѣевъ.].

[14] Европейские ордена в России <…> С. 162.

[15] Список генералам по старшинству. Исправлено по 21 Декабря. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1852. – С. 238.

[16] Список генералам по старшинству. Исправлено по 15 Июля. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1855. – С. 168. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 7 Января. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1856. – С. 237-238. / Список генералам по старшинству. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1857. – С. 74.

[17] Список генералам по старшинству. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1857. – С. 70.

[18] Список генералам по старшинству. Исправлено по 13 Марта. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1861. – С. 3-4. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 26 Марта. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1862. – С. 3-4. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 1 Января. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1863. – С. 3-4. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 1 Марта. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1864. – С. 3-4. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 15 Февраля. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1865. – С. 3-5. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 18 Апреля. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1866. – С. 2-3.

[19] Список генералам по старшинству. Исправлено по 5 Апреля. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1868. – С. 2-3. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 1 Февраля. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1869. – С. 2-3.

[20] Список генералам по старшинству. Исправлено по 1 Марта. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1871. – С. 3-4. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 1 Августа. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1872. – С. 3-4. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 1 Ноября. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1873. – С. 4-5. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 1 Сентября. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1874. – С. 6-7. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 15 Февраля. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1875. – С. 7-8. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 1 Января. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1876. – С. 7-8. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 1 Июня. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1877. – С. 8-11. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 1 Июля. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1878. – С. 4-5. / Список генералам по старшинству. Исправлено по 1 Января. Санкт-Петербург: В Военной типографии. 1879. – С. 4-5.

[21] Европейские ордена в России <…> С. 161.

[22] Ильина Т. Н. По Высочайшей воле наградами августейших особ… (Основание орденской коллекции Артиллерийского музея) // Сборник исследований и материалов Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи. СПб.: ВИМАИВиВС. 2006. Выпуск VIII. – С. 369-393.

[23] Рыцарские ордена Европы.  Каталог выставки 24 апреля – 30 августа 2015 года. / Л. М. Гаврилова, А. Л. Хазин – М.: Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры «Государственный историко-культурный музей-заповедник “Московский Кремль”». 2015. – С. 426-427.

[24] Там же. С. 426.

[25] Там же. С. 427-429.

[26] Ильина Т. Н. Указ. соч. С. 379, 381.

[27] Подмазо А. А. Указ. соч. С. 609.

[28] Военная галерея 1812 года. <…> С. 232-233.

[29] Император Александр I и его сподвижники в 1812, 1813, 1814, 1815 годах: Военная галерея Зимнего дворца, издаваемая с Высочайшего соизволения и посвященная его Императорскому Величеству Государю Императору: жизнеописания / соч. генерал-лейтенанта А. И. Михайловского-Данилевского. С.-Петербург: Издание И. Песоцного. В типографии Карла Крайля. 1845-1849. – Т. IV. 1846. – [графъ П. П. Сухтеленъ] – С. 5.

[30] Оренбургская епархия в прошлом ее и настоящем. Исследование Николая Чернавского. Выпуск второй с приложением 15 портретов. // Труды Оренбургской Ученой Архивной Комиссии. Выпуск X. Оренбург: Типография Оренбургской Духовной Консистории. 1900-1902. – С. 374.

[31] Лютеранство // Энциклопедический словарь. / Издатели Ф. А. Брокгауз (Лейпциг), И. А. Ефрон (Санкт-Петербург). Санкт-Петербург: Типо-Литография И. А. Ефрона. 1896. Том XVIII. Лопари – Малолетние преступники. – С. 253-258.

[32] Подмазо А. А. Указ. соч. С. 609.

[33] Месяцеслов и Общий Штат Российской Империи на 1832. Санкт-Петербург: При Императорской Академии Наук. Часть вторая. – С. 242.

[34] Военная галерея 1812 года. <…> С. 232-233.

[35] Император Александр I и его сподвижники в 1812, 1813, 1814, 1815 годах <…> Т. IV. – [графъ Сухтеленъ П. П.]. – С. 5.

[36] Карл Рейнгольд Берх (также Берг или Берк) (1706-1777) – выдающийся шведский нумизмат, автор ряда трудов по нумизматике и изобретатель шкалы для шведских монет и медалей. – Берх (Карл Рейнгольд Berch) // Энциклопедический словарь. / Издатели Ф. А. Брокгауз (Лейпциг), И. А. Ефрон (Санкт-Петербург). Санкт-Петербург: Типо-Литография И. А. Ефрона. 1892. Том IIIА. Бергер – Бисы. – С. 598-599.

[37] Aristide Michel Perrot. Op. cit. P. 234., Pl. XXXIV, № 12.

[38] The Book of Orders of Knighthood and Decorations of Honour of all Nations. <…> P. 339., Plate 93. Sweden. Table III. № 16.

[39] Christopher von Warnstedt. Medaljerna för Tapperhet till Sjöss. // Forum Navale: Skrifter utgivna av Sjöhistoriska Samfundet № 29. Östervala: Tofters Tryckeri AB. 1974. – S. 28-129.

[40] Lars Olof Lagerqvist. Fredrikshamns- och Svensksundsmedaljerna 1790: Två av Gustav III:s belöningar från ryska kriget 1788 -1790. // Svensk Numismatisk Tidskrift. Stockholm: Ordfront. 2006. – № 2. Mars 2006. – S. 29-42.

[41] Подмазо А. А. Указ. соч. С. 808.

[42] Кибовский А. В. Роковая лысина. // Дилетант. – № 12, декабрь 2016. – М.: ООО «Образование 21 век». 2016 – С 56-60.

[43] Русские портреты XVIII и XIX столетий / Издание Великого князя Николая Михайловича. Санкт-Петербург: Экспедиция заготовления государственных бумаг. В 5 томах. Указатели. 1905-1909. Том V. 1909. –  № 149.

[44] Термин введен автором

[45] Деяния российских полководцев и генералов, ознаменовавших себя, в достопамятную войну с Францией, в 1812, 1813, 1814 и 1815 годах. С кратким начертанием всей их службы, с самого начала вступления в оную. [Ушаков С. И.]. Санкт-Петербург: В типографии Карла Крайя. 1822. – Часть Вторая. –  С. 249.

[46] Император Александр I и его сподвижники в 1812, 1813, 1814, 1815 годах: Военная галерея Зимнего дворца, издаваемая с Высочайшего соизволения и посвященная его Императорскому Величеству Государю Императору: жизнеописания / соч. генерал-лейтенанта А. И. Михайловского-Данилевского. С.-Петербург: Издание И. Песоцного. В типографии Карла Крайля. 1845-1849. – Т. II. 1845. – [графъ А. Ѳ. Ланжеронъ]. – С. 11.

[47] Список генералам по старшинству. Исправлено по 20 Июня. С.- Петербург: В Военной типографии. 1840. – С. 25-26.

[48] О награждении орденом Святого Людовика Большого креста графа Чернышева автора информировал исследователь Олег Валентинович Плужников, более известный читателям журнала под псевдонимом «Cambronne».

[49] Подмазо А. А. Указ. соч. С. 711.

[50] Военная галерея 1812 года. <…> С. 276-277.

[51] Шуваловы // Энциклопедический словарь. / Издатели: Ф. А. Брокгауз (Лейпциг), И. А. Ефрон (Санкт-Петербург). Санкт-Петербург: Типография Акц. Общ. Брокгауз-Ефрон. 1903. Том XXXIXА. Шенье – Шуйский монастырь. – С. 956-957.

[52] Военная галерея 1812 года. <…> С. 131-132.

[53] Список генералам по старшинству. <…> С. 40.

[54] Военная галерея 1812 года. <…> С. 198-199.

[55] Там же. С. 242-244.

[56] Список генералам по старшинству. Исправлено по 17 Марта. – С.- Петербург: В Военной типографии. – 1844. – С. 13-14.

[57] Деяния российских полководцев и генералов, ознаменовавших себя, в достопамятную войну с Францией, в 1812, 1813, 1814 и 1815 годах. С кратким начертанием всей их службы, с самого начала вступления в оную. [Ушаков С. И.]. Санкт-Петербург: В типографии Карла Крайя. 1822. – Часть Третья. –  С. 65.

[58] Дневник Генерал-Адъютанта Графа Петра Петровича Коновницына (С 10 Июня 1813 г. по 20 Сентября 1815 г.) // Подвиги славных предков в годину Отечественной войны. 1812 – 1912. Посвящается потомкам. / [Алексей Иванович Коновницын]. С-Петербург: Издание Графа Алексея Ивановича Коновницына. / Электропечатня К. А. Четверикова. 1912. –  С. 198.

[59] К чести России. Из частной переписки 1812 года. / Сост., авт. предисл. и примеч. М. Бойков; Художн. В. Корольков. М.: Современник. 1988. – С. 73.

С уважением Сергей Головин

 

Все материалы автора

__________________

Обсудить материал на форуме >>>

Рекомендуем

Мехувские братья

Благодарим Войцеха Стелу (Wojciech  Stela) и Анатолия Подшивалова за подготовку этого интересного материала
Перейти К началу страницы